суббота, 7 апреля 2012 г.

не только псы попадают в рай *4

Проходили дни, недели, месяцы. Я был молод и свободен. Я мог с легкостью менять свои увлечения, но одному из них оставался все так же верен. Эта страсть проникновений в чужие дома, казалась мне частью проникновения в чужие жизни. Разница была лишь в том, что я не приносил никакого вреда, потому что не был обычным грабителем-наркоманом; проникая в дом, я просто заставлял уснувшие клетки мозга хозяина жилья, проснуться и немножко поработать.

Тогда, после инцидента между Нейлом и Колином, я решил, было, забраться к Колину, но потом подумал, что все решится без меня, как-нибудь, само собой - и оказался прав. Да, и настрой тогда был, вовсе не "проучительский". Из-за невыносимой жары я с трудом мог работать. Все, что хорошо получалось - это приходить домой, принимать прохладный душ, ужинать и ложиться спать, чтобы заставить себя утром вновь пойти на работу. Я начал остро ощущать свою абсолютную никчемность из-за постоянного однообразия происходящего. Так продолжалось до тех пор, пока столбик термометра не упал до отметки +20С. Ко мне вернулось прежнее состояние и мироощущение, и, можно сказать, что я был счастлив в это время. Вернулись и нечастые вылазки в чужие дома, что тоже радовало. Я немного изменил правила: теперь за основу был взят сам план побега, который прорабатывался детальнее, чем раньше; записки я оставлял лишь в том случае, если был хоть как-то знаком с "жертвой", чтобы попусту не тревожить незнакомого человека.

Одержимый стремлением к точности, я просчитывал каждый шаг влево, вправо, шаги по ступеням лестниц, когда изучал дома. После получаса, проведенного в чужом доме, каждый сантиметр откладывался в памяти. Я знал "проблемные" места паркета, неровности и шероховатости стен, возможные травмоопасные места. И чем больше было удачных - чистых - побегов, тем увереннее я чувствовал себя в следующий раз. Все шло по накатанной схеме, но в один прекрасный день, эта схема дала сбой.

Главным критерием отбора жертвы была удаленность от предыдущего, посещенного мною, дома. Большинство из этих людей были мне незнакомы, по крайней мере, я старался залезать к тем, кто был мне незнаком. Хотя, со знакомыми было бы проще, если бы, вдруг, однажды, меня бы застали на месте "преступления". Я мог бы придумать самую невинную отговорку, типа "Эй, приятель, сколько лет, сколько зим?! Не ожидал?" Думаю, что на меня бы посмотрели, открыв от удивления рот, но, в целом, это прозвучало бы, пусть и безумно, но, зато, вполне, убедительно - так мне казалось.



Что в этом такого, спросите вы? Не удивительно, что я отвечу: "Не знаю", потому что я и вправду не знаю. Некоторым нравится играть в футбол, покер, прыгать с парашютом, кататься на американских горках - всех нас объединяет жажда адреналина. Все, кого я назвал, по меркам адреналинщиков, считаются нормальными. Я же, со своей странной манией побегов из чужих домов, занимаю ячейку "неизученных", но у нас очень много схожего.

Крах системы начался вечером, 4 сентября. Как всегда, придя с работы, я достал подробную карту города со всеми домами, разложил ее на столе и, закрыв глаза, опустил указательный палец на случайное место гладкой бумаги, которая все еще пахла типографской краской. Открыв глаза, я обрадовался - дом находился в получасе ходьбы отсюда, в частном квартале, который, в основном, состоял из домов, сдававшихся в аренду - это значило, что вернусь я гораздо раньше полуночи.

Примерно, в это же время, когда "жертва" была окончательно определена, а я приступил к сборам, в аэропорту мягко приземлился пассажирский самолет. На его борту находился человек, который занимался "серьезными" делами, разъезжая по всему свету. Он был одет в черный классический костюм. Кожаная сумка с необходимыми документами была убрана на полку, которая находилась над его головой. По паспорту этого человека звали Майкл, но разве в наше время можно верить в истинность всех документов?! Но обо всем этом я узнал значительно позже.

Во время полета бизнес классом Майкл, как всегда, сидел у окна. Осенний день выдался солнечным и теплым. Под крылом самолета проплывали полупрозрачные облака, а еще ниже, под ними, ничтожно маленькие города, холмистая местность, реки, леса и равнины. Майкл смотрел в окно, часто доставая из кармана телефон, который, после каждого просмотра на дисплей, все больше расстраивал его - сети оператора сотовой связи были неподвластны небесные высоты. Он думал, что все происходящее до боли знакомо. Ведь если бы операторы связи добрались и сюда, то, кто знает, может быть, и Бога они могли бы разоблачить, перехватив Его звонок или сообщение?!

Через какое-то время он погрузился в сон, в тот же сон, который снился ему уже неделю подряд, став кошмаром. Как только веки Майкла сомкнулись, он понял, что опять предстоит пережить эти мерзкие ощущения, к которым он уже почти привык. В этом сне он стоял на берегу залива, или моря - однозначно, чего-то такого, что имело границы за пределами горизонта. Глядя на воду, Майкл видел, как крупная хищная рыба гонит мелочь прямо к берегу, пытаясь поймать хоть одну в свою огромную пасть. По мере приближения рыбы к берегу, он понимал, что это вовсе не рыба. А когда ту выбросило на отмель, он подошел поближе и увидел перед собой псину. Обычную дворовую псину с рыжей шкурой. Она была мертва. На лапах, словно подражая кроту, были нацеплены прорезиненные черные перчатки, язык вывалился, глаза навсегда уставились в пустоту помутневшего зрачка. "О, Господи," - подумал он, - "это что еще за оборотень?!", - и попытался вытащить тушу на берег. В этот момент собака вцепилась в указательный палец Майкла, оставив своими клыками рваную рану, после чего успокоила тело навечно. Майкл смотрел на руку, с которой капала кровь, на собаку и не понимал, что происходит. Когда он попытался вытащить псину на берег, то, схватив за морду, случайно оторвал кусок кожи с ее носа. Сейчас, когда он посмотрел на собаку вновь, то на месте оторванного куска кишели сотни, если не тысячи, опарышей. К горлу подкатил ком тошноты, и Майкл, вздрогнув, проснулся, все еще сидя в кресле самолета.
Майкл был профессиональным киллером - такова была его работа. Он мотался из города в город, из страны в страну. У него была отличная репутация, сотни завершенных дел. Так он обеспечивал себя всем необходимым для существования, и мог хоть каждый день менять местонахождение. 4 сентября он сел в самолет, чтобы выполнить очередное дело, а потом развлечься на полную катушку, потому что решил для себя, что это его последнее задание. На принятие решения повлияло ухудшение сна и один и тот же кошмар, который, как считал Майкл, являлся ни чем другим, как предупреждением о том, что пора сматывать удочки и наслаждаться беззаботным выходом на пенсию где-нибудь на острове, без оружия и телефонных звонков с новыми предложениями работы.

Когда я обнаружил свой палец на карте с обозначением частного сектора, второй мыслью после той, что я озвучил ранее, была мысль о том, что нет никакой гарантии, что пробравшись в дом, мне посчастливится дать дёру оттуда. Большинство домов сдавались случайным людям в аренду на день, или несколько дней, поэтому угадать что-либо заранее не представлялось возможным, да, и сам частный сектор исключал эту возможность. Тем не менее, я запомнил номер дома и вышел, когда стемнело.

Так я оказался в доме №2347: минимум мебели, ничего лишнего, только все самое необходимое. Электрическая панель, набор острых ножей, чашки, тарелки, миски, деревянный стол и раскладные стулья. Уютная гостиная, чистая ванная и спальня, которая была единственной комнатой в этом доме. Изучение и ориентирование на местности не заняли и получаса. В этот раз я собирался покинуть дом через дверь, ведущую на задний двор, в случае, если кто-нибудь придет сюда вечером. Все просчитав и проверив, я занял стартовую позицию ровно посередине, достаточно длинного, коридора, лицом к входной двери, и стал ждать. Механические часы на стене показывали 08:51. На улице было слишком тихо. Так тихо, что хотелось стать беззвучным, чтобы не нарушить этой тишины, которая накрыла район.

Прошло еще около часа. Я чувствовал, как меня начинает клонить в сон. Решив подождать еще 20 минут, позволил себе на несколько мгновений закрыть глаза, а когда снова открыл их, передо мной был свет от фонаря с заднего двора, моя и еще чья-то тень - это значило, что дверь за моей спиной была открыта настежь, а на крыльце кто-то стоял. Только я собирался повернуть голову, чтобы посмотреть, что это, черт возьми, значит, как кто-то на крыльце грубым голосом сказал:

- Так, так! И что у нас тут?
- Не что, а кто! - все еще не поворачиваясь, ответил я. Наверное, самая большая ошибка, которую я мог совершить - это начать дерзить, в ответ тому, кого я даже не видел, и, следовательно, не мог оценить параметры говорящего со мной человека. Поэтому, осознав, что тон и манеру разговора стоит сменить, я замолчал и решил выждать пару реплик, чтобы понять настрой говорящего.

- Кажется, с кого-то здесь надо сбить спесь. Пару ударов и ты забудешь, как тебя зовут, и тогда, может быть, мы начнем разговор заново.
Я молчал. Слышал, как щелкнул предохранитель, а обойма встала на свое место. Незнакомец передернул затвор. Патрон был готов по отмашке курка сорваться в тело.

- Что молчишь? Задумался?! Так-то! Ну, а теперь, рассказывай! - сказал мне грубый голос человека, у которого в руках было боевое, как мне казалось, оружие.
- Рассказывать?! Что? - словно не поняв вопроса, переспросил я.
- Что-что?! Кто ты и что делаешь здесь, сидя на полу коридора, уставившись на входную дверь. Ты обычный торчок, или, может, меня ждал?!
- Как раз вас я не ждал, - огорченно выдохнул я.
- Вот и отлично! А то я, было, подумал, что тебя прислали сюда, чтобы грохнуть меня в завершении всей этой моей карьеры.

- Убить вас?! Чушь собачья! - и я зачем-то медленно поднял руки вверх, наверное, тем самым, пытаясь показать, что оружия при мне нет, а если и есть, то вот я - сдаюсь. Кажется, страх перед неизвестным, захватывал меня, и я, не совсем, мог контролировать свои телодвижения.
- Хорошо! Тогда, не опуская рук, которые ты зачем-то сам поднял, вставай лицом к стене. Сейчас я тебя буду обыскивать, в целях безопасности. С ориентацией у меня все нормально, поэтому, можешь расслабиться.

Легко ему было говорить - "расслабиться" - в его положении я бы тоже, наверное, так сказал, а он, будь на моем месте - он так же не смог бы расслабиться. Но выбора у меня не было, поэтому я поднялся на ноги и, не отрывая взгляда от пола, подошел к стене и уперся в нее лбом.

- Так-то лучше! - сказал мне незнакомец и принялся отточенными движениями, чего я не мог не отметить про себя, искать на мне какие-либо предметы, который могли представлять для него опасность. - Чисто! - продолжил свою речь он, когда мой досмотр был закончен. - Садись на стул тот, что стоит на кухне. Давай-давай, шевелись!

- Черт, откуда вы знаете...? - начал задавать вопросы я снова.
- Садись! Вопросы здесь задаю я! Валяй!

Теперь, сев на стул, я мог увидеть незнакомца. Высокий, около 190 см, крепкого телосложения, смуглый, абсолютно уверенный в себе человек. Посмотрев на него, я понял, что соврав, будет только хуже, да и правдоподобной лжи, я, к сожалению, не успел придумать.
И я решил рассказать ему правду.

- Ну, в общем-то, я не торчок. Просто мне нравится забираться в чужие дома, а потом придумывать план побега оттуда. Своего рода, адреналин, только не в его обычном проявлении. Ни одна вещь не покидает своего места, потому что моя цель никак не связана с воровством. Каждый ведь волен развлекаться так, как он хочет...

- Но ты нарушаешь закон, вторгаясь в личную жизнь незнакомых тебе людей.
- ... Да, знаю. Но как я не пытался покончить с этим, пока что, я не могу совладать с желанием. Наверное, в какой-то степени, я все-таки, да, торчок.

- Тяжелый случай, конечно, но я тебя понимаю, - сказал незнакомец. Он стоял, прислонившись спиной к выступу стены, который отделял коридор от кухни. - Сам не раз влезал в такие переделки.
- Неужели?
- Честно тебе говорю! Правда, это было по-молодости в основном, потому что потом я пошел в армию и там начисто выбило из головы этот способ. Появилось оружие, оно-то и заменило мне эти вмешательства в чужую жизнь.

- Завидую. Может и мне в армию?!
В этот момент я понял, что упустил тот эпизод, когда мы почему-то начали вести доверительную беседу. А я даже не знал еще имени человека, который не знал моего имени, и почему-то совсем не стремился его узнать. Я не знал кто он, почему он здесь, и, честно сказать, боялся спрашивать. Но свое имя я решился произнести вслух.

- Кстати, я Лени, - зачем-то протянув руку, сказал я (видимо, надеялся на рукопожатие).
- Какое из имен, Лени, ты хочешь, чтобы я назвал?! - ухмыляясь, спросил он.
Вопрос поставил меня в тупик.
- Любое верное, - оглядев кухню, ответил я.
- А знаешь, что?! - спросил он.
- Что?! - спросил я. Но так и не услышал ответа, потому что в следующий момент получил чем-то тяжелым по затылку.

Когда я открыл глаза, было все еще темно. Свалившись со стула от удара, я лежал на полу в луже крови, но острой боли, которую должен был ощущать, не чувствовал. Возможно, отделался легким сотрясением, судя по тем симптомам, которые были в моем теле. Легкая тошнота и головокружение сменились возникшим вопросом, а где тот, кто пришел через заднюю дверь?

Часы, висевшие на стене были разбиты и точно не подлежали ремонту, застыв стрелками на 1:14. Попытавшись встать, я понял, что сделать это будет не так просто, как казалось, пока я лежал не двигаясь. Затылок ныл, незнакомца в поле зрения не было. Проведя около пяти минут в сознании, все еще лежа в той позе, в которой очнулся, я, собравшись с силами, поднялся из лужи. Ощупал руками голову, но не обнаружил никаких глубоких ран, которые могли способствовать потере такого количества крови. Осмотревшись по сторонам, я, наконец-то, нашел незнакомца. Он лежал с другой стороны стола, позади меня. Голова его была пробита, а лужа в которой лежал я, была его кровью. То есть, сначала по голове получил я, а следом завалили и его. Но как он успел оказаться сзади меня, если в момент удара он стоял передо мной и собирался что-то сказать?! Судя по мертвой тишине в доме, живым здесь был только я. Чтобы убедиться в истинности своего предположения, я, аккуратно, стараясь не издать ни единого звука, подполз к телу и попытался нащупать пульс. Но, как и предполагалось ранее, незнакомец был мертв. А я даже не знал его имени. Чтобы хоть как-то прояснить ситуацию я полез в кожаную сумку, которая была оставлена за входной дверью,  распахнутой настежь. Первое, на что я наткнулся, был паспорт, в котором незнакомец значился, как Майкл Джонсон. 41 год. Кажется, турист. По крайней мере, адрес проживания не совпадал с нынешним местом нахождения...теперь уже, трупа Майкла. Далее, я обнаружил папку, в которой находилось два листа печатной информации, на каком-то зашифрованном языке, и десятки фотографий мужчины, который явно не был тем, кто лежал сейчас под столом.

Все происходящее казалось выдуманной историей, которая происходила в каком-то не очень хорошем сне. Но, к сожалению, это не было сном. От полученного удара, моя голова болела все сильнее с каждой минутой. Следующее, о чем я подумал, после пережитого и увиденного, что совершенно не сыграет в мою пользу тот факт, что я "наследил" своими руками на достаточно большой площади - ручка входной двери, папка с документами погибшего... Дальше все мысли превратились в одну огромную кастрюлю овсянки, и отделить одну мысль от другой я был просто не в силах.  Куда делся пистолет, который был у Майкла? Кто он такой, что носит при себе боевое оружие? Почему его убили, а меня оставили, не нанеся толком никаких травм? Что мне теперь делать и куда бежать, потому что, наверняка, меня станут искать.

Первое, что нужно было сделать - это выбраться отсюда. Схватившись за край стола, я попытался встать. В глазах потемнело. Голова закружилась. Как можно сильнее, я вцепился в стол и стоял так до тех пор, пока предметы вокруг не приняли относительную четкость своих форм. Опираясь на стены коридора, доплелся до распахнутой двери, которая вела на задний двор. Если полиция до сих пор не примчалась сюда, значит все было сделано тихо. Мне только оставалось не нарушить эту тишину и не выдать себя.

Частный сектор мирно спал. Судя по небу, было около четырех утра. Пробираясь окольными путями к дому, я все думал, что же будет дальше? Может быть, дома меня уже ждут те, кто прикончили Майкла? Одно было мне ясно точно - кажется, настало время покинуть эту страну, и сделать это нужно, как можно быстрее. Вряд ли убитый был туристом - на эти мысли наводили фотографии незнакомого мужчины, разве что, если Майкл не был безумным маньяком, путешествующим по миру в погоне за новыми жертвами. Ведь чем черт не шутит, а мозги в армии отбивают с удовольствием. Но уж больно он не был похож на маньяка. Вполне себе адекватный и уравновешенный.

Я отвлекся от мыслей, когда вставлял ключ в замок своей двери. Перешагнув порог квартиры, я уже был готов к новому шквалу ударов и мысленно составил завещание того, что у меня было и чего еще не было. Но ничего из воображаемого моим сотрясенным мозгом не произошло. Все было на своих местах. Я вошел в ванную, включил холодную воду, переключил ее в режим душа, и прямо в одежде забрался под сильные потоки воды, падавшие на меня сверху и смывающие все поражения и события минувшей ночи.



Комментариев нет:

Отправить комментарий