четверг, 23 августа 2012 г.

Письма. ч.6

Лир не смотрел на часы, казалось, вот уже целую вечность с того момента, как вернулся домой и накормил котенка, который оценил оба вида еды, предложенной ему.

Кадры случившегося все еще не выходили из головы. Мозг переживал увиденное снова и снова, но с каждым разом эмоции утихали. Почтальон сидел на полу в кухне, прислонившись спиной к двери полки до тех пор, пока мысли не вернулись в нужное русло. Посмотрел на время - прошло около 5 часов, как он был дома. Несчастный случай сбил его план как раз именно на этот промежуток времени. Нужно было успеть все сделать до захода солнца.

Лир зашел в свой кабинет, взял со стола прочитанные письма и, аккуратно свернув в трубочку, поместил в бутылки, плотно закрыв пробками; поставил в рюкзак, обмотав каждую полотенцем, чтобы снизить их шансы разбиться при случайном ударе друг о друга. Затем взял один запечатанный конверт и положил его во внутренний карман куртки, чтобы с пользой провести время в дороге. Все эти сборы заняли не больше часа. Около 6 вечера он вышел из дома и пошел к ближайшей станции метро.

С последнего посещения подземки, мало что изменилось. Всё тот же поток людей в час пик. Лица такие же уставшие, как и прежде, не смотря на то, что сегодня суббота. Он зашел в первый вагон поезда и встал, прислонившись к дверям. В метро предстояло провести достаточно времени, поэтому Лир со спокойствием погрузился в собственные мысли, относительно того, что происходило с ним и то, как он к этому всему относился: сначала письма, которыми набивался ежедневно его почтовый ящик, затем котенок, которого не смог оставить там, где увидел, после этот несчастный случай с соседским псом. Для чего все это случалось?





Его размышления прервали разговоры диспетчеров, доносящиеся из кабины машиниста. Они о чем-то болтали, но водитель не говорил ничего в ответ, наверное, просто выполнял то, что относилось именно к нему, к движению этого состава, который то сбавлял скорость, то снова разгонялся. Лир задумался о том, что никогда ему не встречались люди, которые могли бы сказать: "Ты знаешь, мы вчера с моим другом, который работает машинистом в метро, пропустили пару пинт пива в пабе..." На мгновение разносчику даже показалось, что машинистов вообще не существует. Но потом он вспомнил, как видел несколько раз, как те меняли друг друга на станциях, быстро заходя в кабину. А у одного из них даже было кольцо на безымянном пальце, что абсолютно точно возводило его в ранг семейного человека. Значит машинисты существовали, но почему только внизу? Неужели все настолько секретно, что место работы каждого из них держится в строжайшей тайне, а для остальных людей они придумывают иной вид заработка, который кормит их жен и детей. Почтальон подумал, что машинисты словно голуби. Кто-нибудь видел птенцов голубей? Большинство людей точно не видели. В этом большинстве был и он сам. То же самое и с машинистами - все знают, что они есть, но никто не видит их наверху, на земле. Пока все эти мысли крутились в его голове, создавая сеть ответвлений от каждого слова, подобно дереву, которое пускает корни все глубже и глубже, поезд прибыл на конечную станцию. Двери открылись; все спящие пассажиру проснулись, и, зевая и потягиваясь, потянулись к выходу из вагона. Лир вышел вместе с ними, после чего смешался в толпе торопящихся вырваться наружу.

Когда он поднялся наверх было еще светло, но вечер давал о себе знать сменой ярких красок на более темные оттенки. Ему нужно было дойти до остановки, чтобы сесть в автобус доехать к заливу, где он собирался опустить письма на воду. Поиски нужного автобуса не заняли много времени и вскоре почтальон уже стоял на берегу.

Теплый ветер нескончаемым потоком дул в лицо. Солнце еще висело над горизонтом. Чайки то стремительно падали вниз, то снова взмывали вверх. Песчаный пляж и никого, кроме него и тех писем, что уже закупорены в бутылки. 

С одной стороны, Лир задумался над тем, что выкинув стекло в воду, он, наверное, нанесет вред окружающей среде, которой и без того было не сладко в последнее время, но с другой стороны, он точно знал, что в этих письмах было что-то такое, что нельзя было просто оставить себе или сжечь. Поэтому он закинул, как можно дальше от берега первую, вторую и третью бутылки. Некоторое время внимательно наблюдал за выбранным ими курсом. Когда  окончательно убедился в том, что ни одна из бутылок не вернется к этому берегу, одел рюкзак за плечи и побрел обратно к трассе,  чтобы вернуться домой до заката. Бутылки с посланиями уносило все дальше от берега.

По дороге домой Лир вспомнил, что взял с собой еще одно письмо. Он ощупал внутренний карман и, удостоверившись в наличии конверта, оставил его до того момента, когда сядет в поезд. Почему-то ему очень не терпелось это сделать. С момента, как он вспомнил о письме, оно слово горело в кармане, словно просило "Прочти меня! Прочти меня скорее!". Поэтому, как только почтальон вошел в вагон, он, немедля, достал конверт и углубился в чтение, не посмотрев даже на адрес отправителя.

"Что такое тоска? Что значит слово <скучаю> во время, когда мир погружается в короткие телефонные сообщения без возможности слышать и видеть?
Я скажу, что это такое. Да, эмоции, какие-либо чувства и ощущения изменяются с приходом такого общения. Но разве может что-то измениться, когда внутри так сильно щемит от недоступности и отсутствия человека, с которым привыкаешь быть?! Разве не это <скучаю>, когда 24 часа в сутки не можешь организовать правильно свое время, потому что думаешь <где он, как он, что делает в ту минуту, когда не можешь найти себе места>? Разве это может быть выдуманным хитросплетением фантазии? Наверное, нет. 
Но можно придумать себе, что все чрезвычайно хорошо, а можно придумать наоборот. Все зависит от наличия фактов в голове и фантазии. Очень сложно найти золотую середину, где есть реальность вашего бытия. Еще сложнее ее найти, когда знаешь, что есть не только ты, а есть кто-то еще, о ком ты знаешь, кого ты знаешь, но не знаешь ничего более. Придумываешь самый худший вариант, который трудно принять, для того, чтобы подготовить себя к тому, что однажды эта догадка может оказаться правдой. Если все так и будет - не удивишься, если нет - хорошо.
Что такое тоска? Это просьба не оставлять наедине со своими мыслями. Потому что, когда она действительно приходит, время кажется слишком долгим для целого дня.
Тоска - когда ты говоришь одни и те же слова, но в конце каждого из них понимаешь, что они ничтожно малы, чтобы передать то ,что наполняет изнутри. Такая тоска нужна для того, чтобы осознать некоторые вещи, переосмыслить их, вложить в них нечто новое, а затем вернуть на прежнее место, положить на полку где-то внутри себя.
С отсутствием тоски мы становимся черствыми. Без нее не происходит ничего. А все, что происходит - не настоящее, неаккуратное, словно наспех вытесанная топором скульптура из дерева (а сейчас?). Если ищешь что-то настоящее, то надо быть готовым пережить тоску, отсутствие, неоправданную злость, раздражение, но главное во всем этом, не пользоваться только топором и никогда не выпускать из рук набор инструментов, благодаря которым дерево принимает точные черты той фигуры, которую пытаешься сделать..."

Он проехал свою остановку. Вышел на следующей и пересел на обратный поезд. Сложил письмо пополам, а потом еще раз пополам, и убрал его. Затем, торопясь, словно боясь потерять, нашел конверт и посмотрел на графу, где должен быть адрес, но ничего не нашел. Все строки были абсолютно чистыми. Лир долго ломал голову, как это могло произойти. Как письмо без каких-либо координат могло оказаться на почте, а потом в его ящике?

Разносчик вернулся домой, когда солнце уже село. Войдя в дом, он не нашел Катчера, встречающим его возле входной двери. Тогда он пошел проверить свой кабинет. Котенок спал на столе, а все оставшиеся письма были разодраны на маленькие кусочки. Катчер так крепко спал, что не повел даже ухом, когда Лир подошел к столу, чтобы посмотреть не осталось ли целых писем, ну, или хотя бы половинок, но таковых, к сожалению, или к счастью, не было. Именно в такие моменты к нему приходило чувство, что жизнь меняется и это чувство его не обманывало.

Проснувшись следующим утром, он не обнаружил ни единого письма в своем ящике. Чтобы удостовериться в том, что все произошедшее не сон, Лир пошел к старику. Но дойдя до дома, обнаружил табличку "Sale" на месте старика, который обычно сидел на улице. Соседская собака радостно прыгала за забором, чем сильно удивила проходящего мимо разносчика.

- Может и Катчера у меня тоже не было? - усмехнувшись, сказал он вслух.
Катчера, действительно, не было, как не было и тех бутылок, которые он принес от старика, не было миски с кормом и всего остального, что произошло. Лир посмотрел на календарь и часы, которые весели на стене.
- Черт! - вырвалось у него. - Я спал всего лишь 10 часов...

Комментариев нет:

Отправить комментарий